Семейные хохмы
Dec. 7th, 2011 11:14![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
panchaИз истории Панчуков.
__
Однокомнатная малосемейка (та самая, где шкаф отгораживает вход и за ним антресоли). Предки, как обычно, цапаются. Папаня (Дон) ловко уворачивается от маманиных (Драйзер) неубедительных аргументов. Чем доводит её, естественно, до пика негативных эмоций. Маманя в праведном гневе зверь страшный, но на этот раз поступила нетипично: молча раскрыла диван, демонстративно вытащила оттуда второй пододеяльник, второе покрывало. Типа, для папани комплект, чтобы не под одним одеялом. Хотя на том же одном диване и под одной, разумеется, крышей.
- Молодец, решила проблему! - оценил отец материнскую находчивость.
И подводную лодку можно поделить на части.
* * *
Матушка в тот же период начала сильно полнеть. Худенькой и раньше не была, но после сорока её вообще попёрло. Естественно, папаня не мог молчать, ласково называл маманю всякими производными от слова "корова". Та, естественно, бесилась, а под горячую руку могла и приложить. Но папаня всё равно не мог молчать. Хлопнул как-то маманю по заднице:
- Эх, коровка ты моя! - поймав любящий взгляд супруги, тут же дополнил. - Божья!
Потому что тоже любил регулярно и вкусно кушать, хотя оставался худым как щепка.
__
Однокомнатная малосемейка (та самая, где шкаф отгораживает вход и за ним антресоли). Предки, как обычно, цапаются. Папаня (Дон) ловко уворачивается от маманиных (Драйзер) неубедительных аргументов. Чем доводит её, естественно, до пика негативных эмоций. Маманя в праведном гневе зверь страшный, но на этот раз поступила нетипично: молча раскрыла диван, демонстративно вытащила оттуда второй пододеяльник, второе покрывало. Типа, для папани комплект, чтобы не под одним одеялом. Хотя на том же одном диване и под одной, разумеется, крышей.
- Молодец, решила проблему! - оценил отец материнскую находчивость.
И подводную лодку можно поделить на части.
* * *
Матушка в тот же период начала сильно полнеть. Худенькой и раньше не была, но после сорока её вообще попёрло. Естественно, папаня не мог молчать, ласково называл маманю всякими производными от слова "корова". Та, естественно, бесилась, а под горячую руку могла и приложить. Но папаня всё равно не мог молчать. Хлопнул как-то маманю по заднице:
- Эх, коровка ты моя! - поймав любящий взгляд супруги, тут же дополнил. - Божья!
Потому что тоже любил регулярно и вкусно кушать, хотя оставался худым как щепка.
